Истории шестого патриарха дзен. Сила короткой молитвы

Истории шестого патриарха дзен. Сила короткой молитвы

Густой утренний туман скрывал подножие горы и дальние рисовые поля. Солнце едва окрасило край горизонта в бледно-малиновый цвет. Кругом царил сумрак. Даже птицы в лесу еще спали, а в монастыре уже вовсю шла вторая служба. Братья-монахи распевали гатхи, прославляя имя Так Приходящего. Их пение было слышно далеко за пределами храма.

Хуэйнэн замер на заднем дворе кухни с топором в руке. Дров он уже наколол предостаточно и теперь с упоением слушал, как поют монахи в храме. К словам он даже не прислушивался. Его завораживало само монотонное пение. Словно бесконечная мантра разливалась вокруг и приносила умиротворение и покой.

Увидев, что новенький бездельничает, старший повар отправил его молоть зерно.

— Еще наслушаешься этих песен, — усмехнулся он.

На жерновах работали двое учеников-мирян. Совсем мальчишки еще — Ифу и Пузцы. С виду обыкновенные крестьянские дети, но любопытные — страсть! Они сразу же забросали Хуэйнэна тучей вопросов.

— А скажи, брат, правда, что ты дикарь?

— Говорят так.

— И что живую курицу можешь слопать?

— А чего ж курицу? Могу и человека запросто съесть. Сырого, ага. Мне это раз плюнуть.

У мальчишек челюсти отвисли, и глаза от испуга стали как блюдца.

Хуэйнэн рассмеялся.

— Да шучу я! Нас дикарями кличут только потому, что мы живем на севере. А так обычные люди, такие же, как и везде.

Тут Пузцы как заверещит! Заслушавшись, он не заметил, как попал рукой в жернова и сильно прищемил палец. Пришлось потом долго отмачивать его в ледяной воде.

Между тем мальчишки продолжали сыпать вопросами.

— А правда, что у вас на севере зимой язык к зубам примерзает, если рот открыть?

— Ага, верно, — кивнул Хуэйнэн, стараясь сдержать усмешку, — А еще уши отваливаются, если без шапки вышел. Весной этих ушей столько из-под снега вылезает, что приходится метлой собирать в кучу.

— Это еще зачем? — удивился Пузцы.

— Как зачем? Сушим их, растираем в порошок и даем тем, у кого они отвалились. Через месяц новые отрастают.

— Ха! Да ты гонишь! — засмеялись ребята.

Тут к ним заглянул один из поварят и строго так крикнул, что на кухне нужна мука. Мальчишки вдруг сразу сделались серьезными. И даже Пузцы, несмотря на боль в руке, стал сноровисто собирать смолотое зерно в мешок.

На кухне все скворчало, варилось, жарилось и пузырилось, наполняя помещение душными, но вкусными запахами. Старший повар по имени Люй Сян — пузатый дядька лет пятидесяти — давал отрывистые и четкие команды.

Повара вертелись как ужи и чистили, резали, сыпали все это в большие чаны, месили тесто, лепили пельмени, и снова чистили и резали — работа кипела!

Хуэйнэну нравилось наблюдать за точными и быстрыми движениями поваров. Было во всем этом что-то сверхъестественное. Словно люди без слов понимали друг друга и умудрялись не толкаться, не мешать и не нашинковать собственные пальцы в запарке.

Когда все было готово, старший повар призывал всех к короткой молитве для очищения пищи:

Ом Ах Хум Со Ха

Странное дело, но когда Хуэйнэн слышал эту молитву, то каждый раз у него на краткий миг снова что-то ярко вспыхивало в уме. Будто маленькая искра. И он готов был поклясться, что после этого вся пища на столе начинала светиться легким золотистым сиянием.

Он как-то спросил у Люй Сяна не мерещится ли это ему. На что старший повар, хитро прищурившись, ответил с улыбкой:

— Ну разумеется!

И все. Хуэйнэн так и не понял, что именно разумеется. То ли правда мерещится, то ли нет.

Автор: Игорь Левченко

05.04.2020 | Рубрика: Истории шестого патриарха дзен | Просмотров: 188

§ Автор

автор

Игорь Левченко.

Писатель, сказочник, рассказчик историй.